# Один основатель и команда агентов

В срезе, на котором основано это эссе, на моём Mac был 51 репозиторий и около 16 000 коммитов. Примерно 10 300 шли под моим именем, в том числе 9 274 за подсчитанный мной 90-дневный интервал. Эти числа показывают, сколько работы попало в Git. По ним нельзя судить о качестве продукта или эффективности работы.

Большую часть этого я не печатал. Коммит под моим именем значит, что я за него отвечаю, а не что его написали мои руки. Печатают команды агентов на ИИ для кода, сессии Claude Code и Codex, а агенты в роли дирижёров раздают им работу. Команда агентов состоит из многих сессий, у каждой своя задача, и я ими управляю.

## За что я отвечаю

Цифры мне льстят. 9 274 коммита за 90 дней звучат как скорость. Это ещё и очень много материала, за который должен отвечать один человек, а ответственность не распараллеливается. Первым делом утром я открываю сводку в Telegram. В ней написано, что случилось за ночь, и я читаю её, прежде чем что-то одобрить.

Я начинал Mindburn Labs один. Сейчас нас четверо сооснователей, и я CEO. «Основатель в одиночку» было правдой, когда я начинал. Сейчас это не так. Я могу рассказать, как работаю сам. Как мы вчетвером делим компанию, пусть скажут остальные.

## Порядок работы

Порядок у меня тот, который Илон Маск называет алгоритмом: поставить требование под сомнение, удалить, упростить, ускорить, автоматизировать в последнюю очередь. С агентами он важнее. Агент ускорит всё, на что его направят, и автоматизирует требование, которого не должно было быть, за один день и с тестами. Писать код теперь дёшево. Решить, что модуля не должно быть, всё ещё дорого. Поэтому заметная часть команды агентов прямо сейчас удаляет: несколько сессий параллельно убирают устаревшее и дублирующее по всем репозиториям и достраивают только то, что нужно следующей контрольной точке.

## Чем я владею и что арендую

Я владею тем, что делает компанию компанией: решением, разрешено ли действие, квитанциями, которые оно оставляет, обязательствами, оценками. Остальное арендую. Идентификацию, платежи, хостинг и SDK моделей лучше делают те, кто занимается только этим.

Два пробела пока остаются. Я прошу каждого дирижёра отчитываться о прогрессе в процентах от дорожной карты. И команда агентов работает на моём Mac, так что когда Mac засыпает, засыпают и агенты.

## Контрольные точки вместо дат

Я не публикую даты. Дата остаётся догадкой, высказанной вслух, а контрольная точка либо пройдена, либо нет. Контрольная точка, которую я прохожу сейчас, такая: агент для кода берёт задачу, действует через шлюз HELM по мандату, подписанному человеком, и после слияния остаётся квитанция. Наша собственная разработка переезжает на него, так что компания, которая делает файрвол, живёт и за ним.

## Что остаётся за человеком

Четыре вещи остаются за человеком, какой бы ни была модель: найм и увольнение, необратимые платежи выше лимита, юридическая подпись и решения о жизни и здоровье. Модели могут подготовить любую из них. Договор они составят, но не подпишут. Это места, где ошибку нельзя откатить и подпись должен поставить человек. По эту сторону черты автономию зарабатывают, по типам действий, на чистой истории, которую оценивает модель другого семейства, не та, что делает работу.

Это называют компанией на ИИ. Я предпочитаю механизм: агенты делают работу, люди подписывают мандаты, и каждое значимое действие оставляет квитанцию. Я строю HELM AI OS, операционную систему для компаний, чтобы компания могла работать так. Сначала я записал эту идею как руководство для компании, где работают агенты и отвечает один человек. Оно лежит в столе на странице «Проекты», и часть его попала в HELM.
